Упрямство

Упрямство:

от противостояния к пониманию

Сложным моментом темы, посвященной детскому упрямству, является кажущаяся понятность самого слова «упрямство». Как правило, каждый из нас вкладывает в это слово свое понимание. В нем как будто уже содержится некоторый отрицательный отте­нок, недовольство поведением детей, которое мы, взрослые называем упря­мым. Но именно в том, как мы называем то или иное поведение, стоит проявлять осторожность. Довольно часто мы смешиваем понятия настойчивости, целеустремленности и упрямства. И в этом случае своими действиями, реакциями мы можем затруднять развитие самостоятельности, инициативности ребенка, а эти ка­чества, согласитесь, важны для будущего наших детей.

У каждого свой запас терпения и спокойствия, поэтому оди­наковое поведение детей для одних может быть невыносимым, а для других — просто доставляющим мелкие неудобства. И конеч­но же, упрямство может и раздражать, и утомлять, и обижать, и злить, и огорчать. Особенно вероятно возникновение такого рода чувств, когда дети в своей настойчивости и «упертости» не счита­ются ни с интересами, ни с возможностями взрослых, ни с тре­бованиями ситуации (например, на улице очень холодно, а ребе­нок категорически не хочет надевать шапку).

Таким образом, степень упорства ребенка в настаивании на своем может быть разной; взрослые, в силу своего состояния (ус­талый и раздраженный или доброжелательный, довольный, от­дохнувший), могут по-разному воспринимать поведение детей; требования ситуации могут различаться, и, однако, можно вы­делить характеристики, свойственные упрямству. Упрямому по­ведению присущи категоричность, нежелание слышать и пони­мать другого человека, считаться с интересами, возможностями, желаниями других людей и требованиями ситуации.

Поскольку упрямое поведение детей часто доставляет нам как минимум неудобство, давайте вместе рассмотрим, каким обра­зом мы, взрослые, можем вести себя, чтобы не ущемлять своих интересов, но и принимать проявления самостоятельности, ин­дивидуальности наших детей.

В психологии существуют представления о причинах уп­рямства и возрастных периодах, когда дети упрямятся особенно активно. Я предлагаю ознакомиться с этой информацией, так как она поможет нам понять, что же стоит за проявлением уп­рямства.

В развитии детей существуют возрастные периоды, когда желание настаивать на своем, делать наперекор другим (особен­но взрослым) усиливается. Это связано прежде всего с так на­зываемым кризисом трех лет и подростковым возрастом. В это время желание делать многое, если не все, по-своему, самосто­ятельно столь сильно, что любые действия со стороны взрослых, противоречащие ему, вызывают реакции протеста. Поведение ребенка определяет девиз «Я сам!». Несмотря на то, что все дети проходят через периоды возрастных кризисов, у одних они про­текают в мягкой форме и довольно быстро, другие же пережи­вают их остро, бурно, с сильным обострением отношений с ро­дителями, причем процесс этот может затянуться на долгое время. Как будет протекать кризис, зависит от особенностей ре­бенка, но и от взрослого зависит немало. Как показывают ис­следования, мягче эти периоды проходят в семьях, где взрос­лые проявляют уважительное отношение и интерес к мнению ребенка, его точке зрения, где часто звучат вопросы: «Как ты думаешь?», «Что было бы тебе интересно?», «А как считаешь ты?» и т.д., а также где ребенку время от времени предоставля­ют возможность выбора. Например, родители планируют выходные дни совместно с ребенком. В этом случае про­явлением уважительного интереса к ребенку может быть обсуждение с ним возможных вариантов совместного отдыха! «Куда бы тебе больше хотелось пойти: в кино, к подруге(у) или останемся дома?»

Детское упрямство может вызываться чувствами обиды, зло­сти, гнева, обращенными к родителям. В этом случае оно выс­тупает как средство мести, когда ребенок поступает вопреки, «назло» взрослым. Такое поведение может свидетельствовать об имеющемся в настоящее время кризисе в отношениях между родителями и ребенком, о каком-то конфликте в этих отноше­ниях. Упрямство — это доступная для ребенка форма заявления о себе, о своих желаниях, чувствах. Бывает, что складывается па­радоксальная ситуация: ребенок заявляет о своих желаниях че­рез выражение нежелания. Осознавать свои желания и выражать их в понятной для окружающих форме — непростая задача для ребенка. Чем могут помочь ему взрослые? Наверное, если в се­мье часто звучит вопрос о том, чего хочет ребенок, что ему нра­вится или, напротив, не нравится, то ему проще научиться по­нимать себя и подавать понятные сигналы окружающим.

Ситуации проявления детского упрямства сложны еще и потому, что в них есть нечто, что вызывает у взрослых очень сильную эмоциональную реакцию. Часто мы бываем столь силь­но вовлечены эмоционально в ситуации, где проявляется упрямство детей, что уже не можем спокойно проанализировать их, найти какое-либо здравое, разумное решение. Что делает эти си­туации столь сложными для взрослых и особенно для родителей? Возможно, дело в том, что в детском упрямстве многие взрос­лые усматривают вызов собственной компетентности воспитате­ля, угрозу своему авторитету в глазах ребенка. И именно это об­стоятельство подогревает наше желание бороться с упрямством. Когда все силы направлены на борьбу, очень трудно разобрать­ся в причинах того, почему ребенок ведет себя подобным обра­зом. В этом случае появляется опасность потерять из виду са­мого ребенка, потому что все внимание сосредоточивается на целях, которые взрослый ставит перед собой. Цели могут быть самыми разными, например: «Я докажу, что я сильнее (умнее, старше и т.п.)», «Я должен заставить ребенка понять, что роди­телей надо слушаться», «Я докажу себе (родственникам и про­чим окружающим), что я компетентный родитель и справляюсь с ребенком». Цели разные, но в них есть общая черта: ребенок становится средством их достижения. Когда мы, взрослые, стре­мясь доказать свою компетентность, упорно настаиваем на сво­ем, то в этом пресловутое упрямство проявляется не меньше, чем у наших дети. Таким образом, получается замкнутый круг, где упрямое поведение взрослого родителя порождает и поддерживает подобные реакции у другого.

Какие чувства могут возникать у взрослых, когда упрямятся дети, нам более или менее понятно, а что может чувствовать ребенок, когда его заставляют делать что-то, чего он не хочет, борются с его упрямством?

Давайте проведем маленький эксперимент и отправимся в небольшое путешествие в свое собственное детство. Это за­дание надо выполнять молча, сосредоточившись на своих вос­поминаниях, если хотите, можете на время закрыть глаза. Вспомните, пожалуйста, свою детскую ситуацию, когда вам очень сильно чего-то не хотелось, вы упрямились, но взрослые не считались с вашим «не хочу». Это может быть какая-то конкретная ситуация, бывшая всего раз в жизни или раз за разом повторяющаяся. Вспомните где это происходит, сколь­ко вам лет. Вспомните, как взрослые заставляли вас делать что-то так, как они считали нужным, что они говорили при этом.

А теперь давайте вернемся в настоящее время. Через призму своих воспоминаний бывает легче понять и разглядеть собствен­ного ребенка. Часто дети воспринимают борьбу с их упрямым поведением как борьбу с ними самими, они могут чув­ствовать беспомощность, ненависть, грусть, жалость к себе, обиду, злость, страх (что-то еще?)... У ребенка в этот момент могут возникать разные желания: пошалить еще, ударить роди­теля, сломать что-либо, убежать и спрятаться, плакать, кричать и другие...

Грустная картина, и она дает еще одно подтверждение о бес­смысленности борьбы с упрямством. Бессмысленности оттого, что в этой борьбе нет победителей, скорее есть пострадавшие стороны.

Давайте поговорим о том, какие шаги с нашей стороны мо­гут способствовать переходу от противостояния к взаимопони­манию.

Итак, если ребенок упорствует в своем нежелании делать что-либо, имеет смысл уточнить, расспросить, чего именно он не хо­чет. Доброжелательные вопросы со стороны взрослого дают ре­бенку возможность почувствовать, что его хотят понять, а это не что иное, как первый шаг к диалогу.

Чаще всего за «не хочу» прячутся либо какие-то опасения, страхи, либо желания ребенка. Если это опасения, то он преж­де всего нуждается в поддержке, и, получив ее, вероятно, смо­жет с помощью родителей преодолеть свое «не хочу», которое в этом случае скорее означает «не могу». Если страхи сильно вы­ражены, то следует дать ребенку возможность не делать того, что вызывает такое серьезное затруднение. Подобное принятие и понимание усиливает в детях чувство защищенности и со вре­менем приводит к ослаблению страхов, опасений.

Если за нежеланием делать что-то стоят какие-то другие желания, то надо понять, чего же хочет ребенок. Это непростая задача, поскольку, как уже упоминалось выше, детям сложно осознать свои желания, они часто ощущают их как неопреде­ленное беспокойство, неудовлетворенность. Если ребенок гово­рит о своем желании, важно уточнить, действительно ли он хочет именно этого. Если ему сложно хоть как-то его сформу­лировать, то помогают прямые вопросы о том, чего он хочет, или предложение ребенку нескольких вариантов ответов на выбор, но не в утвердительной, а в вопросительной форме. Приведем пример подобного предложения: «Маша, ты сейчас хочешь послушать музыку, поиграть за компьютером или что-то еще?»

Обратите внимание на следующие моменты:

- набор предлагаемых вариантов формулируется в виде воп­роса, а не утверждения или предложения;

- используется слово «сейчас», которое фокусирует внима­ние на желаниях, возникающих «здесь-и теперь»;

- родитель не предлагает исчерпывающий список возможных желаний, а интересуется мнением ребенка («что-то еще?»);

- прояснение желаний — это не допрос с пристрастием, са­мый важный результат заключается в ощущении ребенка, что им интересуются, его хотят понять.

Если ребенок настаивает на своем желании, часто вопреки ра­зумным доводам со стороны родителей, то первый шаг заключа­ется в прояснении, чего же он хочет, в выяснении конкретных подробностей.

Когда становится понятно, чего же хочет ребенок, не торо­питесь выполнять его желание или, напротив отговаривать его (такой соблазн тем сильнее, чем более нереалистично желание ребенка, а желания могут быть самыми разными, вплоть до аб­солютно фантастических).

Следующий шаг — признание права ребенка на его желание. Об­ратите внимание, что признание права ребенка хотеть того, чего ему хочется, и соглашаться выполнять это желание — совершен­но различные действия с совершенно различными последствия­ми. (Как правило, мы, родители не задумываемся над этой разницей и не всегда сразу понимаем её.)

Обращаю, ваше внимание: когда мы чувствуем, что кто-то признает наше право на то или иное желание, то на первый план выступает состояние радости, легкости, а также возникает или усиливается расположенность к диалогу,- сотрудничеству. Опираясь на свой опыт, нам, взрослым, бывает легче понять ценность принятия, признания права на желания для ребенка.

Когда желание ребенка обозначено, конкретизировано, когда родитель обозначил свое принятие этого желания и права ребенка на него, становится возможным конструктивное обсуждение его реализации.

Может быть, в процессе диалога обнаружится, что желание ребенка вполне реалистично, а у вас возникнет заинтересованность в его реализации, так как вы поймете, в чем значимость этого желания для ребенка, и перестанете воспринимать его как прихоть или каприз.

Даже если исполнить желание ребенка в том виде, как он себе это представляет, сложно, это, может быть, реально сделать в изменённом виде. Состояние ребенка вполне распола­гает к конструктивному обсуждению вариантов воплощения его желания, при этом имеет смысл обсуждать с ним и то, что нуж­но сделать ему и вам, чтобы желание исполнилось.

Иногда желание вполне реалистично, но выполнить его мож­но не сразу, а только через некоторое время. В этом случае надо поговорить о том, когда это будет возможно, обсуждая не абст­рактное «потом, когда-нибудь», а вполне конкретное «когда». При этом имеет смысл предложить в ситуации «сейчас» замеща­ющую деятельность, интересную для ребенка. Важно, чтобы, оп­ределяя конкретное «когда», вы учитывали свой реальный по­тенциал, так как нарушение договоренности с вашей стороны может привести к возникновению или усилению недоверия со стороны ребенка к вашим словам.

Конечно, существуют невозможные желания (сложно превра­тить зиму в лето, достать луну с неба). Не все подвластно нам в реальности, но мы все можем делать в стране фантазии. Пред­ложить ребенку помечтать о его желании, эмоционально прожить его, представить, как бы это могло быть, — действенный спо­соб удовлетворения желания в воображении. Иногда это достав­ляет детям не меньше удовольствия, чем реализация желания в действительности.

Это далеко не полный перечень приемов, используемых на этапе конструктивного обсуждения с ребенком возможностей ре­ализации его желаний. Можно только сказать: «Или что-то еще...»

Что значит «быть чувствительным к миру ребенка»? Это значит давать работу глазам и ушам, то есть видеть ребенка, слышать, что и как он говорит. При всей банальности и очевид­ности этой фразы в реальном взаимодействии с нашими детьми у нас значительно расширяются возможности для того, чтобы строить отношения с ними на основе взаимопонимания.

Материал подготовила Елена Васильева